(входит Баба-Капа)
Б а б а - К а п а : Филлиппа-Генриетта, что с вами, милая моя ?
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : да... рожаю просто. Ой ! Ой !!! (тужится, но ничего не получается) осторожно там, Баба-Капа, не заступитесь за Hиколая. Hаш Hиколай Игнатьич приказал долго жить, преставился, то есть.
Б а б а - К а п а : да идите вы !
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : Вы меня, Баба-Капа, уже достали, извините, своей тупизной... ой... ой!
(Баба-Капа подходит к Hиколаю, видит всё и начинает креститься. Потом с воем уходит куда-то вбок.)
Г о л о с и з н и о т к у д а : сбежала зараза !
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : уфф... когда же разрожусь, к чертям, устала ждать ! (стук в дверь) Да-да, войдите там !
(входит аист с записной книжкой)
А и с т : простите, это вы будете Киррик Ф.Г. ?
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : она самая есть я.
А и с т : (переступая через тела) что же это за безобразия у вас тут ? Лежат люди всяческие где ни попадя...
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : да, укокошились все, такая история.
А и с т : ах, какое положение, укокошились значит. А я, собственно говоря, Аист, мне велено сюда лететь. (тычет ногой в записную книжку) У меня просто тут записано, вы роженица.
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : (хохочет) так и есть.
А и с т : так извините, прибавления не будет.
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : как не будет ? Что же я как дура тут валяюсь ?
А и с т : да у вас, женщина, даже живота нет, какое тут прибавление.
Ф и л л и п п а - Г е н р и е т т а : уж извините, сердобольный, так вышло, что живота нет.
А и с т : нет живота, значит не будет прибавления. У нас в канцелярии такой порядок. Только с животами обслуживаем, чтобы всё было честь по чести.