- От него тоже ничего нет.

- А где Синье?

- Джо? Внизу в лавке. Ждет, чтобы доставить вас на машине в посольство.

- Значит, за исключением нас с вами и Джо, рассчитывать нам больше не на кого?

- Ну, я бы так все-таки не говорила, - замялась мисс Прюитт.

- А как, Лиз? Что бы вы сказали, на моем месте? - Дарреллу вдруг захотелось поддеть ее; он страшно нервничал, чувствуя себя неуютно на столь непривычном месте, и был готов отыграться на ком угодно. - Билл Черчилль застрял в горах над Хатасимой, Хэнк и Мока, судя по последнему донесению, проникли в деревушку. Учитывая, что Билла Черчилля, при всем уважении, к профессионалам отнести нельзя...

- Черчилль, если не ошибаюсь - ваш старый друг?

- Да, кивнул Даррелл;

- Сэр, в посольстве очень...

- Через пятнадцать минут, - отрезал Даррелл.

Даррелл был крупный, мощного сложения мужчина с густыми черными волосами, на висках подернутыми сединой. В его обветренное лицо въелся бронзовый загар, приобретенный в малайских джунглях и песках Сахары. В минуты гнева его синие глаза устрашающе темнели. Сейчас, например, они казались почти черными. Двигался он с кошачьим проворством. Его тело было иссечено доброй дюжиной шрамов - памятками со всех концов света: закоулка в Карачи, парижского метро или пустоши Калахари.

Порой Даррелл начинал представлять себя машиной - роботом, которым умело управлял маленький седовласый человечек по имени Дикинсон Мак-Фи. Генерал Мак-Фи стоял во главе печально знаменитой секции "К", одного из самых оперативных подразделений Центрального разведывательного управления. Даррелл уже так давно участвовал в боевых операциях, что психологи-аналитики из дома номер двадцать по Аннаполис-стрит в Вашингтоне, в котором располагалась штаб-квартира секции "К", всякий раз, когда речь шла о возобновлении его личного контракта, проявляли серьезную обеспокоенность относительно шансов Даррелла остаться в живых.