У меня болит голова. Перед глазами - больные, скальпели, яркий свет ламп. И кровь. Красные подтеки... Вдруг я ясно увидел, как моя комната меняет очертания... Моя синяя комната темнеет, постепенно приобретая фиолетовые оттенки, затем снова светлея до сиреневого, до розового.. а потолке розовый дым сгустился до ярко-красного и по стенам брызнули струи густой и липкой жидкости... Я резко очнулся. Просто задремал.. просто задремал... Господи, чего только не привидится.. Я выпил кофе. Кофе я не пил уже месяца два - постепенно избавился от этой привычки. У меня болит голова. У меня болит голова... Я не смогу заснуть. ет, не больные и не любимая беспокоят меня. Меня волнует та маленькая девочка, которую привезли вчера. Обычно я не переживаю сильно за больных. Многие обвиняют меня в жестокосердечности, но если бы я принимал все близко к сердцу, не знаю, что стало бы с моей психикой. Я не позволяю себе этого. е позволяю и сейчас - я просто думаю, что девочке не прожить и недели с её сердечком. У меня болит голова... Чтобы отвлечься, я разбираю отчеты Оленьки. Открытый перелом руки - результат драки, многочисленные порезы, повреждено легкое - ножевые ранения, аппендицит - как-то даже не вливается в общую картину... миокардит - та самая маленькая девочка. Я просмотрел отчет: миокардит, врожденная миопатия, нарушенная работа почек плюс истощение. 11 лет. А выглядит намного меньше, лет на 8. В больницу её доставили без сознания, после операции она ненадолго открыла огромные серые глаза и грустно посмотрела на меня. Затем опять заснула. Из личного дела я узнал, что она из приюта, находится там год, за все время ни с кем не разговаривала. Родители погибли в автокатастрофе. Ида Осокина. Через три часа я встретил туманное утро.

День третий. 09.25. Я не спал третью ночь - у кузины был день рождения. День до этого пролетел как-то быстро. Особой работы не было, так, проверил некоторых больных. Двое после операций чувствовали себя хорошо, тот, которому вырезали аппендикс, уже готовился к выписке.