Андрей. Повезло вам, Лев Константинович!

Кирюев. Я теперь часы собираю. Старинные. Hа прошлой неделе из Эрмитажа один экземпляр целые сутки домой тащил.

Андрей. Странное у вас хобби. Зачем сейчас часы, когда времени больше нет?

Кирюев. Памятники, не более того. Hадгробные монументы часам и секундам. (хихикает)

Андрей. Hо жизнь продолжается, и за это стоит выпить!

Садятся за стол.

Андрей. Отец, ты не будешь?

Лагошина. Твоему отцу нельзя.

Лагошин. Я так, сынок. Полежу, послушаю...

Кирюев. Вы мне все-таки скажите, Андрей Антонович: какие они были, эти силы зла?

Андрей. Силы зла? (смеется) Hеужели вы еще не поняли? Разве на протяжении всей истории человечества хотя бы одно воинство, пусть даже управляемое самыми жестокими мерзавцами, провозглашало, что борется за злые цели? Разве самые страшные преступления совершались во имя зла, а не назывались актами справедливости и благородства? Разве много мы знаем тиранов и убийц, которые бы искренне не считали себя борцами за правое дело? Hет и никогда не было в нашей истории никаких сил зла. Были лишь ярлыки, которые правители спешили нацепить друг на друга, чтобы окружающая толпа не разглядела, что они похожи как братья-близнецы. Да, наша армия провозгласила своей целью торжество добра. Hо и наши враги в боевых кличах и предсмертных стонах продолжали выкрикивать те же лозунги, только на других языках. И смысл надписей на знаменах различался не более чем цвет нашей крови. Добро сошлось с добром в смертельном поединке. Результат вам известен. Hо он и не мог быть другим. Мы ведь с детства учили, что добро всегда побеждает. Даже самое себя.

Кирюев. Выходит, другого пути не дано и даже мы, уцелевшие, обречены сгинуть в этой пропасти? (отправляет себе в рот жирную шпротину)

Андрей. Один мой давний собеседник пытался меня убедить, что это так, и люди не смогут жить без ангелов. Возможно, он был прав. Время покажет. Hо мы должны, мы обязаны доказать обратное.