Кстати, если у меня миллионные тиражи, то какой же плетью граждане Медведевы, Нарышкины, Лавровы намерены тот злосчастный «Ледокол» перешибить?

Издатель Дубов Сергей Леонидович, который первым решился издать «Ледокол» на русском языке, все сомневался: каким должен быть тираж? Рисковать не любил, потому сначала сделал робкий заход — всего 320 тысяч. Сразу сообразил, что мало. И пока печатали пробный тираж, добавил первый миллион.

Понятно, за свою храбрость тут же и поплатился. Царствие Небесное. Его убили одним выстрелом. Без контрольного. На такое дело высоких профессионалов ставят.

А гражданам Нарышкиным-Лавровым бояться нечего. Вокруг — охрана стеночкой.

Так на какой же тираж они решились?

На титульной странице вполне русским языком написано: Издание рассчитано на широкий круг читателей.

А на последней странице: тираж — 1000 экз.

Оценив обстановку, делаю первый, но неизбежный вывод: сие творение недоступно ни критике, ни широким народным массам ни по цене, ни по тиражу. Если разошлют эти несчастные 1000 экз. министрам, сенаторам, губернаторам в качестве украшения библиотек, так ведь на всех и не хватит. Вертикаль-то у нас ветвистая.

1000 экз. — это белый флаг над башнями Кремля. Это капитуляция Государства Российского на военно-историческом фронте.

Зачем же и ради чего сей шедевр сотворяли, если не ради освоения и распила государственных средств и галочки в графе о проделанной работе?

Вопрос гражданину Медведеву: а почему бы не отпечатать пробный тираж вашего шеститомника в десять миллионов? А убедившись, что товар идет, тут же не организовать по-настоящему массовый выпуск?

Отчего же это вы так скромны?

Нет! За этим определенно что-то кроется.

Давайте же разберемся.

И начнем не с того, что в шеститомном шедевре содержится, а с того, чего в нем нет.