С самими смыслами дело обстоит загадочнее.
Во-первых, первоначально они существуют в неформализованном или полуформализованном виде в сознании автора (то есть, мысль какая-то бродит, но словами, как правило, не выражается). При этом можно осмысленно говорить о возможности словесного выражения разве что таких наборов квант-смыслов, как, скажем, место и время действия, биографии персонажей, сюжетные ходы и так далее - в общем, то, что помещается и в милицейский протокол. А вот формализовать эстетические, эмоциональные, духовные и многие иные смыслы на этапе до создания текста как-то не удается. Отсюда с неизбежностью вытекает неопределенность, которая появляется при переводе (трансляции) предполагаемых автором смыслов в собственно текст; наборы смыслов при этом - по воле автора или помимо нее - искажаются, исчезают, появляются или изменяются связи между ними, возникают новые кванты смыслов и вымирают за ненадобностью прежние, прежде казавшиеся необходимыми.
Во-вторых, то, что нами обнаружено было при инвентаризации целое число квант-смыслов, вовсе не значит, что это целое число неизменно - при трансляции смыслов (и даже до начала ее) оно может меняться. Сами смыслы тоже не следует представлять подобными целым числам: многие из них (смыслов) даже в первоначальном наборе трансцендентны или мнимы (в математическом смысле - хотя даже так звучит двусмысленно, ну да ладно), или даже представляют собой ссылки на внешние по отношению к замыслу автора тексты.
То есть, первоначальный набор смыслов предстает перед нами в виде массива данных, а задача создания художественного произведения - как процесс преобразования этих вполне разнородных данных в монолитный текстовый "пакет".
Как говорим мы, полупродвинутые пользователи компьютеров - речь идет об архивации, которая вызывающе напоминает пресловутую упаковку смыслов.
2.
Кодируем помаленьку.
Эдельвейс Машкин
Маленькое лирическое отступление.
Первую (очень сырую) версию этого текста я зачитал как доклад на "Интерпрессконе". Hачало публика воспринимала хорошо, а дальше пошла "академическая" занудь, по адресу которой я же во вступлении и развлекался.