Розарита уже осушила стакан апельсинового сока и выпила бокал шампанского, но теперь, кипя от злости, снова надавила на кнопку вызова стюардессы и заказала еще один. Рядом с ней мирно сопел Декстер. Как он может спать в самолете? Неужели не понимает, что в любой момент может произойти катастрофа и они погибнут ужасной смертью? А ему и дела нет!

Чес и Варумба сидели через два ряда впереди них. Какой же дурак ее папаша, что потащил с собой в Вегас эту жалкую стриптизершу с куриными мозгами! В Вегасе этого добра и без нее хватает. Ехать туда с Варумбой — все равно что идти на фабрику Херши со своей шоколадкой.

Они должны были сделать остановку в Лос-Анджелесе, поскольку Чес решил, что обязательно должен провести там вечер и поужинать в знаменитом ресторане «Спаго»в Беверли-Хиллз.

— «Спаго» есть и в Лас-Вегасе, — напомнила отцу Розарита.

— Это не то же самое, — отмахнулся от дочери Чес. — В Беверли-Хиллз мы увидим целую кучу кинозвезд.

Подумаешь, дерьма лопата! Розарита плевать хотела на кинозвезд. Что ей до них, если она уже пришпилила сына самого богатого человека Америки!

«Интересно, — подумала она, — а что делает сейчас Джоэл?» Скучает ли по ней? Он, наверное, даже не заметил ее отсутствия. Но обязательно заметит. И, если ее замысел удастся, вернувшись в Нью-Йорк, она уже будет свободной женщиной. И вот тогда они смогут зажить по-настоящему.

Развалившись на заднем сиденье лимузина, Джоэл рассеянно ковырял в зубах и ждал, когда же наконец появится Керри Хэнлон. Он торчал тут уже битых полчаса, а эта поганка все не выходила. Шофер Джоэла уже трижды звонил по домофону в ее квартиру и каждый раз получал один и тот же ответ: «Уже спускаюсь». Но когда она все же появилась, Джоэл подумал, что ожидание оказалось не напрасным. Она была ослепительна. Несбыточная мечта любого мужчины. Буйная копна блестящих рыжевато-коричневых волос, бархатная кожа, длиннющие ноги и ослепительная белозубая улыбка. Движение на тротуаре замерло. Прохожие — особенно мужского пола — застыли, словно парализованные, и, видя это, Джоэл напыжился от гордости. Она была сногсшибательна, и она была с ним! Правда, временно. Скоро она будет принадлежать никчемному молокососу родом из грязной дыры под названием Пуэрто-Рико. Нет, пристрастия женщин порой бывают совершенно непостижимы.