— Гм… не могли бы вы минутку подождать? — попросил он. — Я сейчас выясню, что можно для вас сделать.
— Вы — самый лучший, — проворковала Джеми.
Прошлой ночью жена сообщила ему, что он — самый худший. А теперь эта умопомрачительная женщина говорит, что он — лучший. Лучший — кто? А, какая разница! Он нашел бы для нее комнату, даже если бы за это ему грозил расстрел.
Глава 4
— Привет! — Голос Натали в телефонной трубке звучал, как всегда, жизнерадостно. — Как дела? Как он?
— У меня все в порядке, — ответила Мэдисон. — А он как был дураком, так и остался.
— Боксер или Джейк?
— Ха-ха! Очень смешно.
— Ну ладно, если серьезно, у тебя с Джейком что-нибудь определилось?
— Нет. Он был слишком занят, фотографируя Антонио Лопеса.
— Понятно. Так что ты, насколько я понимаю, не готовишься, сидя перед зеркалом, к суперсексуальному ночному шабашу?
— Вроде бы нет.
— В таком случае, золотце мое, ты отправляешься вместе со мной на интервью к Крису Финиксу.
— Это необходимо?
— А ты против? Ты же сама рассказывала мне о том, как развлекалась в Майами. Почему бы не повторить это в Лас-Вегасе?
— Нечего и вспоминать. Какой-то юнец накачал меня виски, а потом уложил в койку. Развлеклась, называется!
— Но, по-моему, ты не жаловалась: тот парень в Майами оказался настоящим зверем. В постели, я имею в виду.
— Ему было всего девятнадцать, Натали.
Это, скорее, для тебя.
— Ты хочешь сказать, что я — шлюха? — притворно возмутилась Натали.
— Это общеизвестный факт.
— Будь я мужиком, ты бы мной восхищалась. Ведь я просто использую их. Точно так же, как они — нас.
— Хотела бы я обладать хоть долей твоей самоуверенности! — сказала Мэдисон.