— Почему?

— Вы — умная, леди, вы должны знать.

— Но я не знаю. Просветите меня.

— Сплошное занудство. Не успеет человек жениться, как все уже осточертело.

— Правда? А вам-то откуда об этом известно?

Лицо Пантеры озарилось улыбкой искушенного мужчины.

— А кому, скажите, захочется трахать одну и ту же бабу каждую ночь?

За спиной Мэдисон раздался протяжный стон менеджера.

— Ваши родители были счастливы в браке?

— Говорю вам, леди, брак — дерьмо! — воскликнул Антонио. — Моя мамаша пахала, как мул, пока не загнала себя в могилу, а старик пытался нагадить всем, кому только можно.

— Возможно, ваши взгляды на семейную жизнь таковы потому, что вы наблюдали неблагополучный брак своих родителей? — осведомилась Мэдисон.

— Чего? — захлопал глазами боксер. Вопрос был сформулирован слишком сложно для его понимания. Мэдисон решила сменить тему.

— Вы когда-нибудь были влюблены? — спросила она.

— Влюблен? — переспросил Антонио и вызывающе засмеялся. — Ну, нет! Это все бабские штучки.

— Значит, вы никого и никогда не любили?

— Я люблю своих детишек. Они — часть меня.

— Лучшая часть?

— Может быть, — ответил Антонио, метнув в сторону Мэдисон подозрительный взгляд.

Поглядев украдкой в окно, она увидела, как подъехал мини-грузовичок Джейка. С ним была девушка — молодая блондинка с потрясающей фигурой и двумя симпатичными косичками. Она выпрыгнула из машины и тут же начала выгружать фотооборудование.

Проследив за ее взглядом, Антонио посмотрел в ту же сторону и демонстративно облизнул свои толстые губы.

— Ах, какая телка! Мамочки мои! — пропел он.

Не желая упускать ни единой возможности выпытать из своего объекта как можно больше информации, Мэдисон почти автоматически задала вопрос:

— Какие женщины вам больше нравятся: черные или белые?

— Плевать, лишь бы дырка была, — хмыкнул боксер.