Ученый подчеркивает, что ему известно очень мало параллелей к содержанию доку мента в гностической или библейской литературе. В <Громе>, по его словам, в целом нет ничего специ фически христианского или иудейского, нет также ясного отношения к гностической мифологии. Самой отличительной чертой <Грома> Мак Рай считает анти тетический и даже парадоксальный характер утверж дений, сделанных в форме <я есмь>: <Говорящая не только называет себя источником или сущностью добра, мудрости, знания и проч., но отождествляет себя также с противным. Это та черта произведения, которая разительно отличает его <я есмь>-возгла шений в литературе откровений, будь то гности ческих или иных>

Свои сопоставления отдельных пассажей <Гро ма> с отрывками из Библии, ареталогическими надпи сями Исиды, с индусскими, иранскими и мандейскими текстами, с фрагментами из Гераклита, наконец, с двумя пассажами из пятого и четвертого произведе ний II кодекса Наг-Хаммади ученый заключает попыткой ответить на вопрос, что означает необычай ный документ, который он анализирует. Мак Рай утверждает следующее. Первое. Определения в форме антитезы и парадокса имеют целью подчеркнуть, что божество <полностью запредельно относительно мира с его космологическими, социальными, этическими и религиозными ценностями> '. Второе. Отрешение от ценностей мира есть выражение <основополага ющей дуалистической перспективы гностиков>. Нако нец, третье. Размышляя о том, что сулило этике по добное отрешение, Мак Рай вспоминает Иринея, писавшего о Карпократе и его последователях. Те учили, что только, по мнению людей, одно есть добро, а другое - зло, хотя по природе ничего нет злого (Против ересей. 1. 25. 5) . Таким образом, по Мак Раю, хотя памятник прямо не соприкасается с каким бы то ни было гностическим мифом, по своему умонастро ению он глубоко гностичен '.

Другой крупный знаток текстов Наг-Хаммади, Ж. Киспель, рассмотрел <Гром> с точки зрения ис тории гностических идей и мифологии неортодок сального иудаизма.