– Дежурный, потрудитесь объяснить, что здесь происходит?

Капитан Рыбников от подобной дерзости даже оторопел. От былого его добродушия не осталось и следа. Сурово сдвинув брови в центр лба, туда, где козырек фуражки встречался с переносицей, он выпростал из-за стола грузное тело и неторопливо направился к кудрявому розовощекому юноше со старомодным портфелем в руках. Юноша стоял перед загончиком дежурного и, самоуверенно выпятив грудь под узким пиджачком, из которого вырос еще в школе, таращил на капитана наивные серые глаза.

Угрожающе отдуваясь и топорща черные как смоль усы, дежурный надвигался на зарвавшегося нахала, намереваясь показать невеже, где раки зимуют. Упершись пузом в его наглаженную рубашку под куцым пиджаком, капитан прищурил водянистые глаза и вызывающе спросил:

– А ты откуда такой взялся, чтобы я тебе отчет давал?

Кудрявый юноша не подал виду, что напуган, однако румянец на его лице стал еще ярче, пополз со щек на шею и скрылся где-то под воротом голубой, в полосочку, застиранной рубашки. Юноша вскинул расчесанную на прямой пробор голову и с напором сказал:

– Я следователь Козелок из Бугульмы.

Бравые ребята, защитники чистоты родной столицы, дружно заржали, подхватив гомерический смех ошивавшихся в дежурке милиционеров. Азербайджанский торговец и тот тихонько хихикнул сквозь слезы.

– Кто-кто? – изумился дежурный. – Какой еще козелок из Бугульмы? Ты что, мужик, издеваешься?

Вот теперь розовощекий юноша вышел из себя. Он покрылся пятнами и, кинув полный презрения взгляд на дежурного, сердито пропыхтел:

– Я вот напишу на вас рапорт в прокуратуру, тогда узнаете, издеваюсь я или нет.

И, подхватив портфель под мышку, припустил по коридору, в конце которого, свернув на лестницу, устремился на второй этаж.

– Э, мужик, ты куда? – всполошился капитан.

Из дежурки показался сержант Мешков и, лениво отрывая зубами кусок черствой булки и запивая его кефиром, миролюбиво произнес: