- Скажите,- теперь снова обращался старший, говоривший на русском,впереди есть какие-нибудь посты?

Он снял свою фуражку, под которой была огромная лысина и, достав носовой платок, начал вытирать голову.

- Не знаю, дорогой,- пожал плечами Курбан,- война идет. Может есть, а может и нету.

Ох, как ему не нравились двое последних незнакомцев, даже не смотревших в его сторону.

- Ладно,- махнул рукой черноусый,- будь здоров, чабан, до свидания. Нам еще долго идти. А ты что, один пасешь свое стадо, не страшно?

- Я не один,- спокойно возразил Курбан, заметив, как насторожились сразу все пятеро,- у меня трое друзей. Шайтан и его братья.

Он ласково потрепал огромного волкодава за уши.

- Да, конечно,- засмеялся черноусый,- это настоящие помощники. Пойдем,кивнул он своим спутникам.

И вдруг один из все время молчавших незнакомцев как-то резко поправил автомат и повернулся в сторону Курбана. И он сразу узнал этот характерный нос, эти губы, эти глаза. Перед ним стоял Армен, сын Вазгеня, в доме которого он много раз бывал до этой проклятой войны.

- Армен,- непослушными губами произнес Курбан. Парень замер, не решаясь повернуться в сторону чабана. Рядом кто-то передернул затвор автомата.

- Черт бы тебя побрал, старик,- с явной угрозой произнес черноусый,напрасно ты узнал его.

Курбан обернулся.. Он ничего не понимал. Внизу, в долине, шла ожесточенная война вот уже пятый год. И недавние братья-соседи армяне и азербайджанцы убивали друг друга, стараясь превзойти врага жестокостью и коварством. А здесь, высоко в горах, он вдруг встречает отряд, где двое азербайджанцев и двое армян куда-то дружно идут. Может, наконец, наступил долгожданный мир. Это была его последняя мысль. Автоматная очередь прошила его тело, и он успел еще увидеть метнувшегося к нему парня.