В нем голодный ветер свищет И кишками шелестит! На пивном заводе «Бавария» В эту ночь случилась авария. Прекрасное, увы, недолговечно, — Живучи лишь обиды и увечья. Подойдет к тебе старуха, В ад потащит или в рай — Ты пред ней не падай духом, Веселее помирай! Их не разогнать хворостиной, Их дружба — как прочный алмаз: На похороны, на крестины Друг к другу ходили не раз. Судьба, как слепой пулеметчик, Строчит — и не знает куда, — И чьих-то денечков и ночек Кончается вдруг череда. То я в храме, то я в яме, То в полете, то в болоте, То гуляю в ресторане, То сгибаюсь в рог бараний. Нетрезвый провизор смотрел телевизор, А после, взволнован до слез, Кому-то в бокале цианистый калий Заместо микстуры поднес. От бога осталась нам шкура, Осталась остистая готика, Соборная архитектура, Строительная экзотика. Жизни нет, счастья нет, Кубок жизни допит, — Терапевт-торопевт На тот свет торопит. Все смеются очень мило, Всех вино объединило, У Христа и у Иуды Расширяются сосуды. Страшный сон увидел дед: К чаю не дали конфет! На творческое совещание Спешил поэт, ища друзей, — Но там услышал сов вещание И гоготание гусей. Ты жизнь свою разлиновал На тридцать лет вперед, Но налетел девятый вал — И все наоборот. О смерть, бессмертная паскуда,