Напав на Густава ночью, женщина-врикиль рассчитывала с легкостью убить его и забрать Камень. Однако она не предполагала, что столкнется с Владыкой и потерпит неудачу. После сражения (Густав не сомневался, что серьезно ранил противницу) она сумела дотащиться до шатра и все перевернуть вверх дном в поисках Камня. Ничего не найдя и впав в уныние (если врикили способны на это), она была вынуждена убраться прочь, чтобы зализывать раны.

Густав не питал иллюзий. Он знал: женщина-врикиль сохранила ему жизнь лишь потому, что надеялась с его помощью добраться до Камня Владычества.

Густав поднял небольшую полоску кожи — все, что осталось от его мешка. Потом он расплел свою густую косу, спрятал полоску среди прядей и вновь заплел седые волосы. Задыхаясь от зловония Пустоты, он вышел из шатра. Оказавшись на солнце, Густав с благодарностью вдохнул чистый воздух.

Затем Густав отыскал продолжение следа, оставленного врикилем. На ночь он снял с лошади седло и седельные сумки. Женщина-врикиль заглянула и туда. Сумки были порваны в клочья. На седле остались отметины ее длинных ногтей. Дальнейший след врикиля уходил в северном направлении.

Пройдя еще около сотни шагов, Густав набрел на дерево, к которому была привязана чужая лошадь. Его собственная в ужасе ускакала от врикиля. Интересно, думал Густав, как же им все-таки удается с помощью магии Пустоты заставлять лошадей носить на себе столь гнусные создания?

Следы лошадиных копыт уходили на север. На какое-то время женщина-врикиль оставила его в покое. Ей пришлось это сделать, поскольку ее рана требовала какого-то лечения, хотя Густаву трудно было представить, чем себя лечат эти исчадия зла.

Он глубоко вздохнул и долгое время стоял, оглядываясь по сторонам. Он опять ничего не видел и не слышал. Но его, как и прежде, не покидало ощущение, что за ним следят.