У трапа самолета делегацию Российского парламента встречал небольшой почетный караул, вызвавший среди депутатов бурю восторгов. После кратких приветственных речей депутаты и их свита погрузились в два автобуса и под усиленной армейской охраной укатили в отель.

Вслед за ними потянулись и журналисты, аккредитованные в Багдаде. Уже на паркинге Коперника, который в числе прочих репортеров встречал делегацию, догнал Флейшер.

-- Как дела, Леонид? -- радостно проорал американец. -- Ваши депутаты прилетели усмирять или поддерживать Саддама?

-- Это, Стивен, ты спроси у них сам, -- пробурчал чем-то озабоченный Коперник.

-- Леонид, познакомь меня с вашим Джириновски, -- вполне серьезно попросил американец. -- Я хочу взять у него интервью.

-- Боюсь, Стивен, что тебе лучше заняться этим самому. Русским журналистам он бьет морду. Американца, может, и пощадит.

-- Хочу спросить мистера Джириновски, привез ли он с собой сапоги, чтобы помыть их в местном море, -- расплылся в улыбке Флейшер. -- Кстати, какого дьявола здесь столько военных?

Американец кивнул в сторону трех бронетранспортеров и двух взводов солдат на площади.

-- Ты разве не слышал? -- удивился Коперник. -- Сегодня ночью курды взорвали машину какого-то чиновника из Дворца. От бедняги даже мокрого места не осталось.

-- Неужели? -- протянул американец и загоготал: -- У меня с утра так болела голова, как будто бомбу взорвали у меня в мозгах...

* * *

Камаль Абдель аль-Вади выполнил пожелание советника президента. Ночью, сразу после взрыва в машине несчастного чиновника, в Багдад вошли части отдельного десантного полка, подчинявшегося лично начальнику армейской разведки. Были взяты под контроль аэропорт, отель "Хилтон", где разместилась делегация, и вся местность вокруг Дворца. Все передвижения русской делегации происходили только под усиленной охраной все тех же десантников Камаля Абделя аль-Вади...