Адъютант подошел к шефу твердым шагом, лихо козырнул и доложил:

-- Прошу прощения, господин генерал...

-- Говори, коли пришел, -- пробурчал начальник армейской разведки.

-- Русский вышел на связь. Просит о встрече, господин генерал.

-- Я так и думал, -- невозмутимо произнес Камаль Абдель, и было совершенно ясно, что он не рисуется, а действительно был уверен в этом. -- В чем же проблема? Организуйте встречу.

-- Прошу прощения, господин генерал, но он готов встретиться только с вами лично.

-- Вот оно что... -- протянул начальник армейской разведки.

Несколько секунд он молча размышлял. Потом резко выпрямился в шезлонге, затушил сигарку и встал.

-- Едете со мной, -- приказал он. -- Только переоденьтесь. -- Генерал кивнул па мундир адъютанта и стремительно направился к дому.

Спустя полчаса из ворот виллы генерала аль-Вади выехало обшарпанное такси. За рулем сидел адъютант. Только теперь на нем вместо щегольского мундира были надеты потертые джинсы, шелковая рубашка невероятной расцветки и широкая кепка -- обычный для багдадских таксистов наряд. На заднем залатанном сиденье расположился сам генерал. Он тоже был одет соответствующим образом -- дешевый деловой костюм, темные очки "хамелеон" каплевидной формы.

Подобно халифу Харуну ар-Рашиду из сказок "Тысячи и одной ночи" Камаль Абдель аль-Вади решил тайно посетить город...

Такси колесило по городу минут сорок. За это время солнце окончательно скрылось и южная ночь обрушилась на древний Багдад. Тем не менее город продолжал жить своей жизнью. Конечно, это была уже не та сумасшедшая суета, которая царила в столице до кувейтской войны. Но, несмотря на международную блокаду, жизнерадостные багдадцы изыскивали неведомые возможности для утоления своего темперамента. В общем, с наступлением темноты народ продолжал гулять, предаваясь своим нехитрым радостям.