У перекрестков дороги вспучивались, словно стараясь произвести впечатление одна на другую, но, поскольку делали это все, преимущество не доставалось ни одной. Можно было подумать, будто пересекающиеся дороги состязаются в силе: кое-где их мостовые от натуги покрылись трещинами, но так как даже трещины соединялись одна с другой, было ясно, что это соревнование продолжается давно и без чьего-либо перевеса.

Героине дорога скоро надоела, и она возобновила диалог:

— А что за дела у Доброго Волшебника с Симург?

— Я бы сама хотела это знать. И где она, в конце концов, живет?

— А я думала, ты так и не спросишь. Она живет на Изумлинге.

— На Изюмлинге? — не поняла «несчастная сиротка». — Это что, где изюм?

— При чем тут изюм? Изумлинг — это горная гряда, опоясывающая всю землю.

— Раз она земляная, ее надо называть Иземлинг.

— Она не земляная, чтоб ты знала, а состоит из цельного изумруда. Это изумительное зрелище повергает всех в изумление.

— Могу себе представить. Должно быть, Симург любит красивые вещи.

— Она любит все на свете. Но, поскольку ей доступно все, в чем она нуждается или чего желает, я решительно не понимаю, что ты можешь для нее сделать.

— Если бы я знала, — вздохнула бедная крошка. — Может быть, она опять затеяла переместить вселенную?

На сей раз облако выглядело напуганным.

— Что — и вместе с нами всеми?

— Может быть, эта ей наскучила. Или загрязнилась, и Симург захотелось новую, посвежее да почище.

— Но мы-то все как? С нами что станет?

— Возможно, мы хлюпнемся в ничто. Разве это имеет значение?

Героиня задумалась. Пожалуй, что и нет. Но вот смертные, наверное, будут против. Потом облако потянулось.

— Отдохну-ка я полчасика. Увидишь что-нибудь интересное — разбуди.

Облако обернулось бесформенной каплей, оставив сиротку наедине с ее мыслями. Путешествие было легким и приятным, да и попасть в замок Доброго Волшебника оказалось не так уж сложно. Конечно, Хамфри ворчал на нее, так ведь он же на всех ворчит. Но почему все так просто?