Стасичек впал в бешенство, несколько человек ругались издали, еще несколько - вблизи. Элеонора, скрывая подавленность, помогала мне открывать капот, причем ни одна из нас не могла нащупать запорную кнопку, которую нужно было сдвинуть.

Подошел какой-то тип, отодвинул обеих баб, сунул руку, и капот распахнулся.

Я бросилась внутрь с ключом, более менее представляя себе, где находится блокировка звука, но у меня тряслись руки, и я никак не могла попасть в нужное место, к тому же куда-то пропала палка, поддерживающая капот в открытом состоянии. Элеонора с трудом держала его наверху, чтобы он не сломал мне позвоночник, в общем, сплошной ужас. Тип, который отошел в сторону, не дожидаясь благодарности, подошел снова, нашел палку, отобрал у меня ключ, залез внутрь чудовищной машины, и проклятый звук наконец-то замолк.

Всеобщее облегчение можно было почувствовать наощупь.

- Вы - чудо, - сказала я обморочным голосом, но очень решительно. Самое огромное вам спасибо.

- На вашем месте я бы проверил, осталось ли что-нибудь в вашем аккумуляторе, - посоветовало мне в ответ это чудо. - Алармы их разряжают. Если он сел, я заведу вас от своей и полчасика позаряжаю. Она стоит вон тут рядом.

- Видишь, - похвалила его Элеонора, предусмотрительно оглядевшись вокруг, не слышит ли ее Стасичек. - Вот это называется настоящий мужчина.

- Если заведется, то я и сама смогу позаряжать его на малых оборотах, решила я. - Только подождите еще минуточку, умоляю вас!

- Да я никуда и не ухожу...

Машина завелась, я немного погазовала, уходящие было люди, те, что ругались вблизи, неприветливо оглянулись, чего в темноте не было видно, но прямо-таки ощущалось в воздухе. Я оставила эту гадину на малых оборотах и вылезла.