Другие забытые вещи не успели прийти мне в голову, так как я вдруг вспомнила предыдущий приезд пары родственников из Австралии. Семь лет тому назад…

На Окенче

Так что родственникам пришлось после двадцати восьми часов полёта торчать в очереди к таксомафии, а я удерживала их лихорадочно стараясь развлечь местными новостями, и чуть было не заставила немедленно улететь обратно, сообщив, что в магазине с чудесным льняным постельным бельём теперь продают авторучки и брелоки для ключей. И ещё рамки для фотографий. Ситуацию спас тот факт, что один знакомый магазин с постельным бельём все-таки сохранился, не сменив своего профиля, и льняное бельё там наличествовало.

Потом я довезла их до дома, и тут оказалось, что мне не хватает денег на это паршивое такси.

— Ну надо же, — сказала я, выжимая из себя радостный хохот. — Какая же я идиотка! Кошелёк оставила дома, взяла только мелочь. Ничего, вы секундочку подождите, я сейчас спущусь…

Я могла спускаться хоть двадцать раз, дома у меня денег тоже не было. Тётку с дядей, слава богу, перехватили дети, для которых австралийцы были невероятной экзотикой, и видно было, как они пытаются обнаружить у них сумки на животе, страусовые перья во всех возможных местах и боевую раскраску на лицах. Я оставила их друг другу на съедение и сбежала вниз, к этому бандиту, впрочем, невероятно симпатичному и даже очаровательному.

— Безнадёга, — сказала я искренне и мрачно. — На данный момент у меня больше нет ни гроша, но завтра я что-нибудь раздобуду, так и так придётся.

Единственный выход для вас — это приехать сюда ещё раз, и тогда я вам заплачу. Адрес у вас есть, могу показать паспорт…

— Мне, знаете ли, приходилось видеть кое-что и получше, — ответил он мне на это. — Вы же привезли богатеньких иностранцев, так в чем дело? Или они приехали сюда милостыню собирать?