Слейд откинулся на стуле из крепкого грубого дерева; голова коснулась стены. В одной руке у него дымилась сигарета, в другой поблескивал стакан с виски. На столе стояла початая бутылка. В позе Слейда не было расслабленности, спокойствия, казалось, он готов в любой момент вскочить со своего места.

Окна бара выходили на Мейн-стрит. Несмотря на сигаретный дым, который висел в воздухе, Слейд сразу заметил своего брата Эдварда, как только тот появился на пороге питейного заведения, хозяева которого прекрасно обходились без двери.

Эдвард был примерно на дюйм выше Слейда, а также более широк в кости. У него тоже были черные, как смоль, волосы, обрамлявшие его красивое лицо. Но на этом сходство заканчивалось. Глаза Эдварда были светло-голубые, нос крупный, с горбинкой. На Эдварде был элегантный черный костюм, белая рубашка, шелковый галстук, серебристый жилет. В отличие от большинства крупных мужчин его походка была легкой, даже грациозной. Черные ботинки отлакированы до блеска.

- Черт возьми, Слейд, ты что - не мог найти более грязного местечка?

- Привет.

Эдвард отодвинул стул и презрительно посмотрел на него, прежде чем опуститься на сиденье.

- Ну и любишь ты всякие дыры. Чуть подальше у Рени, лучшее виски в городе. И лучшие девочки.

- Мне и здесь хорошо, - в голосе Слейда прозвенела откровенная насмешка. Эдвард посмотрел на него:

- Во Фриско в крысиной норе подобного сорта приличный человек даже постеснялся бы быть убитым.

Слейд ничего не ответил. Жестом он подозвал полную неопрятную официантку и попросил принести еще один стакан.