Лесные засеки. Хижины охотников, древние, в землю вросли, а скоро проедем разрушенную церквушку, ее лес поглотил. -Да вроде везде так? -Везде то везде, а здесь район древний, исконный. Почитай тут на много веков назад все наше. Живут тут русские, а до них жили Славяне, а до них Праславяне, но все это наш народ. Здесь, на Поволжье наши корни, наша история: она все еще тут. Все еще видна если поискать. -апример? -предложил Арсений. -у например племена праславян. Жили тут давно, были язычниками, приносили богам земли кровавые жертвы. Вон так церквушка, которую мы как раз проезжаем, стоит на месте их бывшего капища, где почти тысячу лет назад приносили в жертву людей. Арсений покосился на мелькнувший слева силуэт. Показалось ли, или действительно во тьме тлеет желтоватый колеблющийся, но не гаснущий под дождем свет? -Они ведь до сих пор есть, - сказал вдруг Селянцев. -Кто? -Последователи ихние. Секта. Собираются тут ночами, ну когда потеплее, в июле, танцуют. Поют. Может и жертвы приносят. -И что?- спросил Арсений. -ичего. Так просто, просто места говорю странные. Здесь прошедшее живо, переплетается с будущим, являет собой странные сочетания и формы. Я к чему это все: глянь вот. Он потянулся назад за рюкзаком, качнулся, когда машину мотнуло, и на стекло обрушился водопад грязноватой воды, прямо чувствовался слабый аммиачный запах в кабине. Вытащил рюкзак, и, порывшись в нем, извлек толстую истрепанную книжицу с виду обыкновенный атлас дорог. Селянцев открыл, показал Арсению, а затем, покачав головой, извлек из кармана маленький фонарик в стальной оболочке. Щелкнул кнопкой, и втянул голову в плечи, когда возникший слабенький желтоватый свет совпал с белой вспышкой в небесах. Загромыхало, потом прошлось резким треском, от которого затрещали автомобильные стекла. Словно утюжит что то землю, мощно и накатом. -Вот, - сказал Селянцев, - глянь. Свет колебался, но с близкого расстояния Арсений углядел карту. Кинул на нее быстрый взгляд, оторвавшись на секунду от мелькающей дороги.