Вот что люди видели за секунды до своей смерти, думал Файст. Как страшно умирать, глядя перед смертью на такое.

Целый час он пытался различить внешние детали на пикт-ленте, показывающей голову вражеской махины, приближающейся сквозь клубы дыма.

Ничего не получалось.

<Крузиус, экзекутор-фециал Инвикты, лично поручил нам это задание>, — объявил Иган на собрании перед сменой. В красной мантии, с тревожно извивающимися механодендритами, он обвёл взглядом группу. Все они были избраны за своё великолепное мастерство обработки. — <Мы ищем слабое место, братья и сёстры, что-нибудь, что сможет помочь Инвикте, когда она начнёт исполнение от нашего имени.>

<Что точно мы должны искать, магос?> — спросил молодой адепт рядом с Файстом.

<Идентификационные отметки. Эмблемы, особенно стёртые или замазанные знаки>, — прокантировал Иган. — <Помните, эти подлые махины когда-то были нашими. Они потеряны для нас, но мы их создали, да простит нас Омниссия. Да, они подверглись изменениям и порче, это очевидно, но если мы сможем хоть как-то идентифицировать или выделить исходную модель, систему или происхождение, то сможем поднять ранние спецификации, хранящиеся в архивах, и точно определить их характеристики или слабые места.>

<Вопрос: мы сохранили столь древние спецификации, магос?> — спросил Файст, поднимая руку.

<Если их не сохранили мы, то можно запросить с Марса, адепт. Механикус никогда и ничего не удаляют.>

Все рассмеялись. На человеческом языке это звучало не очень смешно, но на бинарном канте фраза представляла собой тонкий цифровой каламбур, который поднял всем настроение. Иган старался заставить их оживиться и сосредоточиться.

<Вы устали, адепт>, — прокантировал Иган.

Файст поднял голову и обнаружил магоса за своим плечом.