Уральский банк - далеко не первый на моем счету. Хочешь знать, как я это сделал? Узнав внутреннюю планировку банка, я отправился в восемнадцатый век, встал на то место, где через четыреста лет будет построено хранилище денег, затем переместился в двадцать второй век - и я уже в хранилище. Здорово? Потом взял, сколько хотел, денег и проделал все в обратном порядке сначала в восемнадцатый, на место банка, затем - в двадцать второй век, но уже к своему подъезду. У меня штаб-квартира есть во всех временах - от четырнадцатого до двадцать четвертого века! - А как вы избавились от меня там, во дворе? - поинтересовался Денисов, стараясь затянуть разговор. - Ты же видел мой ручной времямет. Выстрелив, я отправил тебя на трое суток вперед, а сам, ясно: скрылся. Кстати, так же я с неделю назад оторвался от трех ваших СГСников. Но им не повезло - они очутились в будущем через некратное количество суток и из-за вращения Земли оказались разбросанными во времени и по часовым поясам. А как, спросишь, я все время меняю облик и отпечатки пальцев? Есть у меня такие сложные биохимические препараты - позаимствовал у одного знакомого из двадцать четвертого века. Вот и утром проглотил пару таблеток и теперь, как видишь, преображаюсь. Скоро стану шатеном с голубыми глазами... Но этого, приятель, ты уже не увидишь! Федор Килев кивнул на лежавший перед ним предмет. Даже при непривычных очертаниях Валентин, похолодев, угадал в нем оружие. - И у вас никогда не было учеников, последователей? - продолжал тянуть время Денисов. - На что они? Главное для меня - доходы,- еще больше развалясь, процедил Тодор Киле.- Не так давно, к примеру, патент на одно из моих изобретений аннигиляционную бомбу - купили военные нескольких стран, не подозревая, что эта штука есть и у их зарубежных коллег. - Вы, оказывается, еще и специалист по аннигиляционной физике? - заметил Валентин, стараясь держать себя в руках. - Ну, какое там... Одну бомбочку я позаимствовал у космических корсаров из двадцать четвертого века, вскрыл и разобрался, что к чему.