Третий перевод выражает то же самое, именно: разумение стало супротив, т. е. вместо Бога, выразило Бога. И этот перевод включает в себя смысл обоих первых. Стоит только поставить вместо неловкого в этом месте слова «супротив» слово за и означающее замену, и получается самый широкий и полный и дословно точный перевод, удерживающий и падеж подлинника: и разумение стало за Бога.

6) В третьем предложении 1–го стиха καΐ θεός ήν δ λόγος я переставляю слова и перевожу разумение-то стало Бог. Я ставлю слово «разумение» впереди слова «Бог», потому что по духу русского языка подлежащее должно стоять впереди сказуемого, λόγος есть подлежащее, потому что оно стоит с членом; а сказуемое θεός без члена.

Частица то, которую я ставлю после слова «разумение», есть член русского языка, всегда употребительный в народной русской речи именно тогда, когда нужно отличить подлежащее от сказуемого: «мужик-то» или «мужик-то пень», т. е. мужик похож на пень. «Пень-то мужик», т. е. пень оказался мужиком. «Ходить-то трудно» и т. п.

Глагол είναι, кроме значения быть, жить, существовать, имеет значение происходить, делаться, становиться. Если сказано, что в начале было разумение или слово, и сказано, что слово было к Богу, или у Бога, или за Бога, то уже никак нельзя сказать, что оно «было Бог». Если оно было Бог, то оно не могло быть ни в каком отношении к Богу. И потому в этом месте неизбежно перевести глагол ήν — стало, а не «было».

7) Переведенные таким образом стихи 1–й и 2–й получают определенное значение. Понятие о Боге предполагается известным и говорится о том источнике, из которого явилось это понятие. Говорится: по возвещению Иисуса Христа началом всего стало разумение жизни. И разумение жизни, по учению Иисуса, заменило понятие Бога или слилось с ним.