Мужчина был среднего роста, с руками и ногами нормальных размеров, зато его грудь и плечи были так непомерно широки, что фигура казалась уродливой. Он стоял в полутора-двух метpax от меня, и я видел только его спину, но и этого было достаточно, чтобы я его узнал. Это был Эд Гар, бывший боксер, бывший портовый грузчик, бывший заключенный, принадлежавший, как поговаривали, к тому типу людей, в которых не осталось ничего человеческого. Это было грубое, грязное и тупое чудовище, правая рука Джо Блейка, убивавшая всех, кто был неугоден хозяину.
Глава 2
Когда я понял, что передо мной стоит Эд Гар, волосы у меня на загривке встали дыбом. Не то чтобы я боялся его босса, нет, все дело в том, что Гар не относился к числу завсегдатаев интим-клубов. Если он и заглядывал в них, то только по случаю, да и то крайне редко. Я чувствовал его запах. Мне бросилась в глаза грязная полоска на его шее и засаленный воротник спортивной рубашки. Я успокаивал себя тем, что появление Эда здесь — чисто случайное совпадение, мол, он заглянул сюда, чтобы пропустить стаканчик джина, а может, просто послушать музыку. Но я и сам в это не верил.
Эд стоял совершенно неподвижно, чуть наклонив вперед плечи, и не отрываясь смотрел на танцующих. Он загораживал мне весь вид, но я не стал просить его отойти. Этот тип был не просто туп, у него было не все в порядке с головой, и предсказать его реакцию было невозможно. Если я попрошу его отодвинуться, он, может, и сделает это, но скорее всего отодвинет меня — в зависимости от того, что взбредет ему в голову.
Гар пошевелил плечами и повернулся ко мне боком — огромное угрюмое чудовище с обезьяноподобным лицом, как у Квазимодо, которого ударили по голове колокольчиком. Рот Эда был открыт, и толстая нижняя губа, свешиваясь, обнажала покрытые пятнами зубы. Мне показалось, что Гар чем-то возбужден, скорее даже рассержен. Эд закрыл рот, нахмурил брови, и на его челюстях заходили желваки. Бывший боксер бросил взгляд на танцующих, потом обошел танцевальную площадку справа и остановился, словно в раздумье, куда идти дальше. Он опять уставился на танцующих.