Движение флота реалов напоминает музыку - тяжелые, мерные перепады хэви-метала, они всегда делали упор на большие корабли... ракетоносцы, летающие крепости... такие беспомощные, когда они остаются без прикрытия и становятся легкой добычей истребителей.

Миг - "кочерга" рвется сразу в двух местах, колеблется, пытаясь выровняться, оправиться от попадания в зоны наведенного магнитного поражения, кошмарный сюрприз от инженеров сектора глобальных силовых полей, и Йцукенг понимает, ощущает каждой клеточкой тела - сейчас! Растопыренные пальцы врезаются в голограмму, и, повторяя их движение, зеленые искры двумя клиньями таранят строй красных. Оркестр Йцукенга грянул в полную силу - и это совсем другая музыка, легкая, летучая классика, переливающаяся в пространстве. Зеленых заметно меньше, но они выглядят гораздо более подвижными, и Йцукенг совершенно справедливо полагается на личное индивидуальное мастерство своих людей и ТТХ пилотируемых ими боевых единиц, далеко превосходящих показатели противника. Классическая мелодия ширится, крепнет, обретая черты вальса, глуша металл - тот сопротивляется, ухает электрогитарами и тарелками, ревет синтезатором, но все слабее и слабее и слабее в потоке набирающей силу симфонии - да, симфонии, теперь это уже именно симфония, многогранная, мультиуровневая, со своими прелюдиями и кульминациями Йцукенг парит над столом, размахивая ладонями и пальцами в такт неслышной музыке, отдавая в секунду по несколько приказов, обрабатывая рапорты и немедленно на них реагируя.

Он не замечает ни восторженных восклицаний Тима, ни странного, тяжелого взгляда Сву Цыча на своем затылке, он творит - и находится в этот момент в пике гармонии с самим собой и окружающим миром. Для него сейчас есть только музыка - и он дирижирует до тех пор, пока слабые металлические отзвуки не тонут окончательно в хрустальном перезвоне симфонии.