После завтрака Ячсмить уводит Бю наверх - заниматься основами арифметики и читать. Йцукенг сидит за столом еще некоторое время, рассеяно глядя в стену, где мелькают улыбающиеся лица на фоне красивых видов природы. Мелькают в абсолютной тишине, так как звук выключен. Скоро они надоедают Йцукенгу, и он, взмахом руки погасив телестену, уходит в библиотеку - читать. Йцукенг любит читать, любит даже больше, чем купание и бег. Старая привычка, унаследованная еще от отца, который любил повторять, что "радость духа - нечто более труднодостижимое и редкое, чем радость тела". В комнате для чтения, со стенами, отделанными под дерево, перед небольшим, всего полтора метра по диагонали, дисплеем, Йцукенг утопает в удобном, но не расслябляющем кресле. По экрану неторопливо ползут строки, и может показаться, что Йцукенг находится в трансе, если бы он иногда жестом не останавливал бег букв по экрану и не откидывался на спинку кресла, закрывая глаза, чтобы подумать о прочитанном или посмеяться, подперев щеку рукой. Смех у Йцукенга очень легкий и искренний, какой бывает только у людей открытых и счастливых.

Музыкальный сигнал, похожий на тревожный гитарный аккорд, наполняет дом. Экран с текстом гаснет сам собой, но Йцукенг уже не видит этого он не спеша, но целеустремленно минует несколько комнат и лестниц, на ходу с хрустом разминая пальцы. Лицо его делается отстраненным и суровым, только по губам блуждает улыбка, у неподготовленного человека способная вызвать страх и даже ужас.

Йцукенг медленно поднимается в правое крыло второго этажа, подходит к массивной темной двери. Касается ее подушечкой указательного пальца правой руки, затем всей ладонью, и слева от косяка в противоположную стену с тонким писком начинает бить бледный подрагивающий луч. Йцукенг поворачивает голову так, чтобы луч попадал ему точно в правый глаз, и некоторое время стоит так, полыхая одной глазницей в полумраке коридора.