- Адмирал Пол Стаффорд, - представляется он.

- А, я помню вас, адмирал. Мы встречались с вами раньше... в триста восьмом и триста четырнадцатом секторах... и, кажется, в Тау-секторе. Вы слишком увлекаетесь правофланговыми проходами, это ваша главная проблема. Мое имя Йцукенг Фывапр.

- Могу я узнать ваше звание? - заинтересовался седой.

- У меня нет звания, - говорит Йцукенг, порхая ладонями над голограммой, - я стратегический оператор. Дежурный стратегический оператор.

- Каковы ваши полномочия?

- Разбить вас, Пол. Так же, как это было в триста восьмом и триста четырнадцатом.

- В Тау это вам не удалось.

- У вас было восьмикратное превосходство в боевых единицах, Пол. Ничейный результат манервирования в данной ситуации - более чем удачное разрешение игрового конфликта.

- Игрового? - прохрипел адмирал, - ты сказал - игрового?

- Вы не ослышались.

- Игрового, твою мать! Сейчас я кое-что покажу тебе, Кенгуру или как тебя там...

По экрану ползут кадры: длинный-длинный, уходящий во тьму конвейер, вдоль которого стоят худые, изможденного вида люди, и что-то собирают с помощью стационарных пультов. Среди них полно женщин и подростков. Комната, где они же спят вповалку друг на друге. Ребенок, закутанный в серую простыню, сам делающий себе укол в покрытую глубокими язвами руку. Космодром... да, космодром, унылое, плохо освещенное ночное поле, с которого с ревом взлетают стреловидные металлические конструкции. Толпа людей за забором, пальцы, вцепившиеся изнутри в проволочную сетку. Багровый отсвет дюз на запрокинутых вверх лицах, рты, открытые в напутственном крике, сжатые кулаки...

- Попытка ограниченного деморализующего воздействия, оператор. Рекомендуется немедленно прервать связь. Активировать...

- Оставь, Кларисса - мягким тоном вполголоса говорит Йцукенг, словно боится обидеть коммутационную программу.