- Георгий, распорядись, чтобы убрали покойника! Он нам опротивел!

- Дайте поспать! - взмолился Георгий Борисович. - Мне ведь с утра на работу! Будьте людьми!

- Мы не можем стать людьми, мы привидения!

Тут Ячменев не выдержал, разъединил телефон и накрыл голову подушкой. Но уснуть ему не удалось, Не потому, что его растревожил нелепый ночной разговор. О нем он больше не вспоминал. У Ячменева была единственная дочь в возрасте 19 лет. Этой причины вполне хватало, чтобы страдать хронической бессонницей. Как многие сверстницы, дочь Ячменева вздумала выйти замуж, и это не радовало отца. Мысль о том, что какой-то чужой человек станет для дочери важнее родителей, поселится в доме и станет бриться его, Ячменева, электрической бритвой, потом забывая, конечно, выдувать из нее остатки своих волос, приводила Ячменева в бешенство.

- Но почему он будет бриться твоей бритвой? - мыс ленно слышал он возражающий голос жены, которая на самом деле мирно спала на соседней кровати. - У него есть своя бритва!

- Дело не в бритве, а в принципе! - спорил Ячменев. - Я вообще не хочу, чтобы дочь выходила замуж!

Пусть сначала кончит институт!

- Но они любят друг друга…

- А если они завтра перестанут любить друг друга?… Мысленный диалог с женой прервал очередной телефонный звонок. Следователь взглянул на часы. Было четыре часа утра.

- Георгий Борисович! - услышал он взволнованный голос своего помощника Зиновия Фомина. - Произошло очередное преступление!

- Убийство! - поморщился Ячменев.

- В библиотеке обнаружен труп мужчины! - докладывал Фомин.

- Академика Зубарева, - продолжал следователь, думая о том, что современные браки, к сожалению, легко рушатся.

- Откуда вы все знаете? - Фомин никогда не уста вал поражаться гениальности начальника, то есть был гениальным подчиненным. - Я дежурю по городу, и мне только что позвонила комендантша академии.