Казалось, он палит наугад, однако Вадим знал, что колдун автоматически запомнил места возникновения смертоносных снарядов, экстраполировал положение этих точек с учгтом манеры движения чудовищ, и сейчас расстреливает монстров почти не тратя боеприпасы впустую.

Когда пылающие сгустки огня оказались на расстоянии всего пяти пулемгтных стволов, МИФ резко отшагнул влево, прячась за изгиб прохода и присоединяясь к прикрывавшему тылы Вадиму.

Опять глазел небось?

Перенимал опыт, полезно же...

А если бы сзади кто-нибудь появился? Как мы с тобой договаривались, помнишь?

У меня слух хороший.

Во-первых, слух памяти не заменяет...

При этих словах МИФ развернулся, одновременно превращая пулемгт в двухстволку, и застрелил импа, совсем некстати появившегося из-за поворота. Перезарядил, и тут же прикончил следующего, ненамного отставшего от первого.

...А во-вторых, далеко не каждого противника можно услышать. Этих ты слышал, например?

Я думал, ты их всех из пулемгта...

Как видишь, не всех. Ладно, не обижайся, сам же всг прекрасно понимаешь. Случись что погибнешь первым... так и не доучившись. Пошли, теперь там должно быть свободно.

И он углубился в проход, вернув оружие к исходному состоянию. Вадим, как и полагалось, внимательно посмотрел назад, после чего бросился догонять.

Когда МИФ взял его в напарники, радости Вадима не было предела. Мечтая, он видел себя, перенявшего все премудрости колдуна, пышущего здоровьем, с заполненным до предела ранцем и обязательно с большим бластером наизготовку. Конечно, Вадим понимал, что большой бластер, вообще говоря, весьма непрактичен, и что в девяносто девяти случаях из ста его лучше держать в неявном виде, но это был символ абсолютного успеха, в мечтах вполне позволительный.

Мечты же уводили Вадима далеко. Там он чуть ли не в каждой стене открывал склады, содержимое которых вопреки воле Совета отдавал новичкам, нисколько при этом не таясь.