Но то теперь, а то тогда. Тогда я был другим. Тогда все было другое. Я был счастлив.


Господи ты мой боже, каким же все казалось простым — жизнь, гитара, песни.

Зачем кусаешь мои плечи?Зачем дерешь ногтями спину?Зачем в постель, как на войну? «Лайза, ты меня не любишь», —Проскулил я как-то утром.«Ну и ну, — она сказала, —Тебе что, три раза — мало?» Вчера этот ветер вздувал мое пламя,А сегодня гоняет золу.Вчера этот ветер вздувал мое пламя,А сегодня гоняет золу.Вчера этот ветер, он вздувал мое пламя,А сегодня гоняет золу.Дрова прогорели, все угли истлели,И ветер гоняет золу.

Это три образца из тех, что получше. Куски, которыми я почти горжусь. Можно бы продолжить этот… но нет, скромно воздержимся. Как-никак у меня еще осталось нечто вроде гордости.

Да и вообще, теперь меня занимает другая, новая, песня. Нечто, над чем можно работать, после такого-то перерыва. Мне нужно подыскать несколько новых слов, но ритм и мелодия — они уже здесь, каркас, основа.

Новая песня. Какой это знак, хороший или плохой? Знал бы я. Не думай о последствиях, а берись за дело и делай. Старайся не думать о последних двадцати четырех часах, не думать о прошлой неделе, слишком уж они были насыщенные, мучительные, а вдобавок и смехотворные, сосредоточь все свое внимание на песне, разыгрывай свои козыри, какие уж они там есть.

Я думал, что это конец… ну и зря.

Да-а, денек был еще тот. От почти верной смерти к самому натуральному финансовому самоубийству, не говоря уж о такой мелочи, как совершенно бредовый и наверняка провальный замысел, последняя отчаянная попытка сообразить, а какого же черта мне, собственно, надо, что же это такое хочу я получить? Счастье? Скорее уж — отпущение грехов.



5 из 283