Ваша всеобъемлющая мудрость, кротость нрава, постоянная забота о ближних повергают меня в благоговение! – заливался соловьем Нелесовский, одновременно думая: «Как же его, суку, грохнуть?! Полезть обниматься да задушить? Ох, боюсь, здоровья не хватит! Или запустить пепельницей в лоб, оглушить, а потом добить стулом? Но вдруг промахнусь? Тогда плохи мои дела! Сомнет! Чересчур упитан, подонок! Массой возьмет! Это тебе не задохлик Юмкин! Интересно, кинжал по-прежнему при нем?»

Тем временем главбух, улыбчиво выслушивая комплименты, лихорадочно прикидывал в уме: «Как, не вызывая у жертвы подозрений, сократить дистанцию, чтобы воспользоваться кинжалом? Нелесовский тварюга хитрая, осторожная! Просто так к себе не подпустит! Вон, руку на тяжелую пепельницу положил, гад! Малость замешкаюсь – врежет промеж глаз, и все!!!»

– Вы, Борис Анатольевич, буквально гениальны! – продолжал петь дифирамбы Боб. – Сверхгениальны! Таки натуральный корифей!

– А вы необычайно щедры! – ухитрился вставить в словесный поток коммерсанта льстивую реплику Чубсов.

Нелесовский опешил, раззявив рот. Подобного кульбита он не ожидал. Скупость Боба давно сделалась притчей во языцех.

– Да, да!!! Щедры!!! – не преминул воспользоваться долгожданной паузой Борис Анатольевич. – Бескорыстно отдали никчемной шлюшке Тайке толстенную пачку долларов! Широкий жест! Обычно попрошайкам кидают мелкие монетки, а вы вручили ей не менее десяти тысяч баксов! Я восхищен!

Воспоминание о долларах раскаленным шилом пронзило сквалыжное сердце коммерсанта и оттеснило на задний план все прочие мысли. Огромная сумма выброшена на ветер. Кошмар!!! Беспредел! Почему он раньше не сообразил забрать их назад? Таисия-то отныне пустое место! Ноль без палочки! Ельцов мертв, и толку с Таисии Брониславовны как с козла молока. Даже в публичный дом дочку «бывшего» не продашь. Почти сорок лет. Старовата! Значит, нужно немедля вернуть обратно деньги. Иначе растранжирит! С нее, с дуры, станется! И в наглухо заблокированном здании найдет куда «зелень»