– А… это?.. – заволновался подбежавший Харри Проглоттер, тыкая в верхний край карты, куда упирался путевой пунктир.
– Не боись! Дойдешь досюда, изображение сдвинется. Старые карты – не то что нынешний мусор. В общем, часть дороги тебе удастся пролететь на метле, а так – ножками, друг мой.
– Я пойду один? – ужаснулся трусливый Проглоттер.
– Ох, и верно, – спохватился Бабаянус. – В дорогу возьми подружку, Молли Козазель (у нее всё равно туговато с алхимией – стало быть, не жалко) да Джеймса Барахлоу.
Просиявший было Харри поморщился.
– Я слышал, у вас с ним не лучшие отношения сложились, да? – догадался Двуликий. – За одно подружитесь. Парень он толковый, хоть и хулиган… Такой незаменим в походах. Всё, решено. Иди, собирайся. А я вызову и проинструктирую твоих попутчиков. Через полчаса чтобы был как штык.
Бабаянус смотрел, как уходит «штык» Проглоттер. «Да он скорее похож на мяч для квидиша… » – подумал маг.
– И еще!.. – окликнул он мальчика. – О том, что тут произошло, пока никто не должен знать. А то еще, чего доброго, силы зла начнут мешать… Это лишнее. Усек?
– Усек, мастер-маг, – сказал Харри и вышел. Бабаянус повернулся к Кристаллу громкой связи: – Молли Козазель, Джеймс Барахлоу! Срочно зайдите в кабинет органической алхимии…
II
Команда молодости нашей,
Команда, без которой нам не жить…
Фас!!!
Если и случаются сукины дети в среде людей, то первым кандидатом в таковые нужно считать Джеймса Барахлоу. К тринадцати годкам он успел насолить многим физическим и юридическим лицам. Даже в школу магии Хоботаст, фактически являвшуюся интернатом, Джеймс попал «по сумме заслуг»: родителям пришлось убрать его подальше от односельчан. Те очень хотели потолковать с младшим Барахлоу – мальчонка устроил комбинацию из пожара и потопа, играя в Содом и Гоморру. Деревню так и не восстановили.