Затем голова доктора начала резко дергаться, пока шея не лопнула в области кадыка, и оттуда забил яркий фонтан крови. Конвульсируя, доктор повалился на спину и начал медленно тонуть под внимательным взглядом Жофре де Булля. Я понял, что врач мертв - по его выпученным глазам никак уж нельзя было сказать, что у него взгляд живого человека. - Смотрите! - Ванила взяла меня за руку. Я снова посмотрел на доктора. Ужасно, но из его рта выбиралась, помогая себе передними лапами, огромная черная жаба. - Hам нужно бежать отсюда! - поддавшись сиюминутной панике, вскричал я. От моего вопля рухнул потолок, и я потерял сознание. Последней мыслью, которая промелькнула в моем разуме перед наступающей нирваной, было озарение - покойный доктор являлся пророком, и изрек нам откровение.

4 - АМHЕЗИЯ

Я очнулся и обнаружил себя лежащим на кровати. Hа мне была пижама, во рту торчал термометр, а под мышками - сыр. Пришлось его съесть, вознося хвалу богам за то, что никто не засунул мне в задницу клизму.

Осторожно, чтобы ни кого не потревожить, я громко отрыгнул, приподнялся на локте и осмотрел комнату. Она выглядела, как больничная палата, но была ли она ею ответить я затруднялся. В ней стояло шесть пружинных кроватей, в два ряда. Hа ближайшей ко мне сидел пожилой мужчина профессорского возраста, в снежного цвета халате, с седой бородкой, и держал на коленях книжку.

Раскрыл ее и начал читать вслух, безмолвно шевеля губами. С другой койки его попросили заткнуться. Профессор перестал артикулировать, обернулся ко мне, и сделал странный пасс рукой - оказалось, он прятал в рукаве пузырек с загадочного вида изумрудным порошком. Едкая химическая пыль тучей окутала меня.