Мы подписали бумаги, и на прощание я пожал руку помощнику коронера. Картонную коробку, чемодан и одежду, которая была на родителях в момент гибели, мы положили в «бьюик» дяди Гарри.

Тетя Лайла, должно быть, всю ночь обзванивала родственников. На похороны, а потом в мою квартиру пришли больше двадцати мужчин и женщин. По указаниям тети в квартиру принесли деревянные коробки, на которых полагалось сидеть шиву. Она занавесила все зеркала и картины. На кухонный стол тетя Лайла поставила несколько корзин с фруктами и ваточек с орешками. В квартире она разрешила мне снять пиджак, но не ермолку. Другой мой дядя, Моррис, Рабби, встал и прочитал поминальную молитву. Я вновь не смог сдержать слез.

Дядя Гарри обнял меня за плечи.

— Поплачь, Джерри. Тебе станет легче. Дядя Моррис посмотрел на него.

— Джерри еще ребенок. Пусть идет в свою комнату и немного полежит.

— Не надо мне ложиться, — всхлипнул я.

— Очень даже надо, — возразила тетя Лайла. — Пошли, я разберу тебе постель.

Китти присутствовала на похоронах и вернулась со всеми в мою квартиру.

— Я вам помогу, — предложила она тете Лайле. Я последовал за ними в свою комнату и вытянулся на кровати, как только" они сняли простыни.

— Спасибо за все, тетя Лайла, — поблагодарил я ее.

— Постарайся уснуть. — Тетя Лайла повернулась к Китти. — Вот две таблетки аспирина. Принеси из кухни стакан воды и дай ему запить. Мне надо вернуться в гостиную. Я забыла поставить на стол бутылку шнапса.

Она ушла, и Китти наклонилась, чтобы поцеловать меня.

— Воду я сейчас принесу. Только хочу тебе сказать, что деньги я уже положила в банковскую ячейку.

— Хорошо. — В тот момент деньги меня нисколько не волновали, — Я вернусь ночью, чтобы ты не чувствовал себя одиноким. Ты мне небезразличен, Джерри. Я тебя не брошу. — Китти ушла за водой, но я отключился до ее возвращения.