— А вот у меня такой возможности нет, — вздохнул я. — В январе мне исполнится восемнадцать. Потом я получу приписное свидетельство и, закончив учебу, скорее всего отправлюсь в армию.

Китти пожала плечами.

— Я проголодалась. Может, пойдем в итальянский ресторан? Съедим спагетти?

— Я бы с удовольствием, но денег нет. Тетя Лайла обещала принести мне обед.

— Позвони ей и скажи, что ты уже перекусил. А в ресторане я за тебя заплачу.

Я позвонил тете Лайле из аптеки на углу. А заодно купил за четвертак двенадцать презервативов.

Китти, однако, оказалась права. Ее отец ободрал меня как липку. За всю мебель дал мне всего лишь триста долларов. Я сказал ему, что быть такого не может. Родители год назад заплатили за нее полторы тысячи, не считая той мебели, что стояла в моей комнате. Но мистер Бенсон ловко отвел все обвинения. Во-первых, заявил он, раскладной диван стоит семьсот долларов. Во-вторых, торговцу пришлось платить за транспортировку. В-третьих, он переговорил с дядей Гарри, и тот счел, что цена пристойная. И в-четвертых, если мне хочется взглянуть на финансовые документы, придется съездить к торговцу мебелью, магазин которого находится на окраине Бруклина.

Дорога туда заняла бы полдня, поэтому я только махнул рукой. Да и что я мог сделать? Дядя Гарри позволил этому типу обчистить меня.

— Из-за денег не тревожься, парень, — заявил с улыбкой мистер Бенсон. — Помни, что восемь месяцев тебе не надо платить за квартиру. А к тому времени ты уже станешь менеджером в киоске Гарри.

— Ага, — криво усмехнулся я.

— И Китти всегда тебе поможет, — продолжил он. — Я знаю, ты ей нравишься. Поэтому она так часто забегает к тебе.

Его слова меня насторожили. Я пристально посмотрел на мистера Бенсона, пытаясь понять, знает ли он, чем мы занимаемся с Китти. Но его лицо оставалось непроницаемым.

На вторую неделю после похорон я подчистил в школе все хвосты и уже не сомневался в том, что сдам экзамены. А тут пришла пора выходить на работу.