— Я управлюсь сам, дядя Гарри. Но все равно спасибо.
Тетя Лайла подошла, обняла меня. Из ее глаз вновь покатились слезы.
— Ты мой маленький храбрец.
— Не надо больше плакать, — попросил я ее. — Я люблю вас обоих.
Гарри вновь пожал мне руку.
— Ты хороший парень. — Затем он погрозил мне пальцем. — Однако помни, курить вредно. — Он словно начал входить в роль отца.
— Хорошо, дядя Гарри.
Видать, он учуял сигаретный дым, когда вошел на кухню.
А дядя Гарри уже смотрел на тетю Лайлу.
— Поехали домой. Пора спать. Завтра у нас очень длинный день.
ГЛАВА 2
Я закрыл дверь и заперся на засов и на замок. Вернулся к столу, сел. Скинул тетради и учебники на пол. Закурил еще одну сигарету. От табачного дыма мне как-то полегчало. Я присмотрелся к пачке «Туэнти гранде». Красивую на ней нарисовали лошадь, победительницу Кентуккийских скачек. Наверное, из-за этой лошадки я и покупал «Туэнти гранде». Правда, они и стоили дешевле «Кэмела», «Лаки» и «Честерфилда». Я уставился в белую стену перед собой. Вспомнил, как мы с отцом сами пытались наклеить обои. Из этого, конечно, ничего не вышло, пришлось нанимать человека, который знал, как это делается. Сердце у меня буквально выскочило из груди, когда вновь раздался стук в дверь.
— Иду, дядя Гарри! — крикнул я, вновь затушил недокуренную сигарету и выбросил ее в окно.
— Это я, — раздался из-за двери голос Китти. — Открывай скорей, а то кто-нибудь может увидеть меня.
Я распахнул дверь, и Китти в тонком розовом халатике проскочила мимо меня. Я закрыл за ней дверь.
— Ты рехнулась? — прошипел я, — Твой отец убьет меня, если найдет тебя в моей квартире в таком наряде.
— Мой отец крепко спит и думает, что его дочке снится сказочный сон. — Она улыбнулась. — Я поднялась по пожарной лестнице и залезла в коридор через окно.