Когда-то здесь звенела речь, но времена эти ушли. - Не знаю, что делать. - Ты мужчина, ты должен знать. - Понимаю, но... - Какие ещё могут быть "но"?! - Да... Ты права... - Возьми себя в руки, перестань плакаться! Нельзя же вечно так думать. - Нельзя... - Бесполезно, до тебя ничего не доходит. - ... - Посмотри в зеркало, ведь ты исчезаешь, растворяешься в себе! Уверена, ты долго не протянешь, если не пересмотришь свой путь. - Не протяну... - О, боже, почему я должна утешать тебя?! - ...не надо... - Я просто не знаю, что делать! - Хм... Это ведь мои слова. - Мне можно. - Да... Ты уже уходишь?... - Я не могу остаться... - Не понимаю, почему?... - Знаю... Прости, но у тебя ещё всё впереди, забудь меня, найди своё будущее где-нибудь там... или там... - Не могу... - Да брось ты... Это проходит, поверь, я точно знаю. Проходит... - Не правда... Только не со мной... - Думаешь ты какой-то особенный?... - Нет, но ты особенная... - Ты ещё совсем ребёнок... - Хм... - Ладно, не обижайся... - Я не могу... - О-о-о... Мне лучше уйти... - ... - Прощай. - Прощай... В бесконечной бездне океана, наверное, плавают рыбы, слепые и бледно-серые, никогда не видевшие света. Но в это сложно поверить, здесь совершенно ничего нельзя разглядеть, лишь синяя, синяя пустота - одно большое, расползшееся по треснувшему окну реальности пятно, клякса. Едва слышимые голоса медленно перетекают от одной мутной, расплывающейся линии к другой, словно отзвуки затухающего эха...

Во тьме слышен звук редко падающих капель воды. Он отражается от голых стен и гулко летает, пронзая синеву. Где-то там, в небытии тихо плачет одинокое нечто.

* * *

Кругом темнота. Абсолютно ничего не видно, будто кто-то, шутя, пролил банку чернил и замарал реальность. Во мраке нет ни контуров, ни силуэтов только голоса. - Хочешь, я подарю тебе ключи? - Ключи? - Да ключи от мира, живущего в моей душе. - Это ещё зачем? - Понимаешь, я просто хочу тебе что-нибудь подарить.