- Э-эй! - крикнул старичок. - Опять за свое? Оставь петуха!
Олег остановился, опустил руки. Лицо у него стало такое несчастное, брови поднялись домиком, губы выпятились вперед. Он вежливо сказал:
- Я и не собираюсь его лечить. Мне только посмотреть, как зажило у него над клювом…
- Ладно, что с тобой сделаешь. Только осторожно, доктор самодеятельный! А то директору скажу.
Брови Олега опустились на место, и он снова погнался за петухом. В конце концов поймал, осмотрел его и отпустил. А петух развернулся да как саданет шпорой. К счастью, Олег успел отпрыгнуть, и шпора только разорвала штанину.
КАЧАЮТСЯ КАЧЕЛИ…
Пока мы поднимались по узкой лестнице общежития, Олег рассказывал:
- Как обидно. Мы с петухом знаешь до чего дружили? Он меня встречал каждый день. А вот теперь боится… Это с тех пор, как я держал его, а ветеринар лечил болячку над клювом. Не понимает, что для его пользы, и дружба врозь…
- Стараешься, а тебе же попадает, - сказал я, взглянув на порванную штанину Олега.
- Что поделаешь. Вот и в книгах люди часто страдают за свою идею… А петух получил травму во время работы, знаешь!
Петух на работе. Ничего не понимаю. Я молча посмотрел на Олега, и он объяснил:
- Да, да, на вечернем представлении. Наш Петя-петух - опытный артист, но тут не рассчитал и раньше времени полез из корзины. Его и прихлопнули крышкой по носу. В нашем деле главное - точный расчет.