Hа допросе меня попросили не строить из себя породистого жеребца, и так как, мама меня воспитала законопослушным гражданином, я вышел из образа и вновь стал самим собой.

- Адрес? - спросил полицейский...

- Hеоновый проспек...

- Электронный, черт тебя...

- Дело в том, что у меня нет компьютера...

Глаза полицейского округлились, вылезли из орбит и полезли на лоб. Я состроил им козу, глаза испугались и вернулись на место...

- Леон, ты представляешь, у него нет компью... Леон, ты...

Леон появился, захлебываясь от смеха, и захлебнулся бы, не постучи я его по широкой полицейской спине.

- Спасибо, - сказал Леон и сказал, что б я катился на все четыре стороны.

Я расчетверился и покатился строго на север, запад, восток и юг. Юг был направлением к дому, и когда моя южная часть, докатилась до его дверей, мама спросила: "Мишель, что это значит? Где твоя правая нога, левое ухо и нос? Я спрашиваю, где наш фамильный благородный нос, оставшийся в наследство от твоего прадедушки голубых кровей?"

Два дня мы искали дедушкин нос, попутно найдя левую ногу, правое ухо и остальные, не столь важные, как нос, части тела.

Воссоединившись вновь, я прошептал: "Ух", а мама покачала головой и надавила:

- Жениться тебе пора, Мишель.

- Мама, - ответил я, выбравшись из под ее пресса, - Это не так просто. У меня нет компьютера... А под моими взглядами девушки таят...

Денег у мамы не было (у меня тоже) и она решила сосватать меня с дочерью своей лучшей подруги.

- А если она растает? - спросил я.

- Она... Фи... - сказала мама (я так и не понял, что она имеет в виду).

Се ля ви! Я согласился... а когда эта невообразимо толстая девушка в невообразимо толстых очках, явилась пред мои очи, задрожал всем телом от отвращения.

- Ох, он уже возбужден, - констатировала "невеста" и предложила уединиться в спальне.