— А мне, Аня, рассказали, как вас найти, наши общие знакомые, — поспешила объяснить свое появление гостья.

— Но, ведь вы… Инна Петровна… — Аня достала минеральную воду и усадила Гец в тень. — Вы же как будто…

— Да именно так! Мы уехали в Германию восемь лет назад.

— Я помню! Вся школа это обсуждала…

— Даже так?

— И.., вы приехали проведать родину? — Аня ожидала, что услышит сейчас что-то вроде старой шутки: «Хотела побывать в России, испытывала ностальгию…» — «А почему обратно возвращаетесь?» — «Побывала. Хочу испытывать ностальгию!»

Но вместо этого Инна Гец очень ровным и спокойным голосом сказала:

— Нет, не проведать. Я приехала хоронить мужа.

Геннадий Олегович пожелал, чтобы его прах вернулся на родину.

— Мне очень жаль…

Наступила тягостная пауза.

— Я принимаю ваши соболезнования, Аня… Но к вам я, собственно, по делу.

— Вот как?

— Да.

— Я слушаю.

— Видите ли, смерть Геннадия была довольно странной.

У Светловой екнуло сердце. Неужели? Кажется, она снова попала в переплет. Неужели это уже накатанная колея? Когда колеса крутятся и вертятся сами собой и тянут тележку помимо воли сидящего в ней пассажира. Два расследованных преступления и некоторая сомнительная, связанная с этим известность, кажется, сделали свое дело.

— Неужели?

— Да, Аня, и я бы хотела просить вас о помощи…

— Но…

— Я хочу заказать вам расследование.

— Заказать?

— Почему нет?

— Да, действительно, почему…

Аня задумалась.

— Я могу продолжать? — поинтересовалась вежливо, но очень настойчиво Инна Гец.

— Пожалуйста, да… — так ни до чего и не додумавшись, кивнула Светлова.

— Вы только сначала меня выслушайте. Я могла бы, например, сделать вам приглашение в Германию. Но это долго и ни к чему. Ненужная морока. Я предлагаю другой вариант.