Я хотел сделать как лучше, но положение мое было крайне затруднительным. Все эти семь лет я знал, что в той комнате труп вашего отца. - Вы знали и ничего мне не сказали! - Не будьте со мной жестоки, мистер Стэннифорд. Окажите снисхождение человеку, которому и так пришлось нелегко. - У меня все плывет в голове. Никак не могу понять... - он встал, шатаясь, плеснул в стакан брэнди и отхлебнул его. Эти письма к матери и ко мне - они что, подделаны? - Нет, сэр, их написал ваш отец. Он проставил на конвертах адрес и оставил письма мне, чтобы я их вам высылал. Я точно следовал его инструкциям в отношении каждого письма. Это был мой хозяин и я повиновался ему во всем. Брэнди привело в порядок расшатанные нервы молодого человека. - Расскажите подробнее. Я теперь смогу это выдержать. - Так вот, мистер Стэннифорд, вы знаете, что однажды на вашего отца обрушился удар судьбы, и он понял, что многие малоимущие люди лишатся по его вине своих сбережений. Он был настолько щепетилен, что не мог примириться с этой мыслью. Она мучила и терзала его, пока он не решил покончить счеты с жизнью. Ох, мистер Стэннифорд, если б вы только знали, как я умолял его, как боролся за то, чтобы он этого не делал, вы не стали бы меня винить! А он в свою очередь умолял меня, как никто никогда в жизни меня не умолял. Он принял решение и последует ему в любом случае, говорил он, так что от меня зависит, будет ли его смерть легкой и приятной или крайне мучительной. Я прочел в его глазах, что он твердо решил поступить так, как задумал. И в конце концов я уступил его мольбам и согласился исполнить его волю. Больше всего тревожило его вот что. Лучший врач Лондона сказал, что сердце у его жены не выдержит даже малейшего потрясения. Он страшно боялся приблизить ее кончину и все-таки жизнь ему опостылела. Как было ему покончить с собой, не нанеся жене душевную травму? Вы знаете теперь, какой способ он избрал. Он написал письмо, и она его получила. В письме этом не было ни слова правды, если понимать все в буквальном смысле.