Навеки твой любящий супруг.

Станислаус Стэннифорд. 4 июня 1887 года."

- Конечно, я навязываю вам эти свои частные семейные дела, - извиняющимся тоном сказал мой новый знакомый. - Отнеситесь к этому так, как будто вы выполняете свои профессиональные обязанности. Я годами мечтал с кем-нибудь поговорить об этом - Польщен вашим доверием, - ответил я. - Ход событий представляется мне крайне интересным. - Мой отец отличался почти болезненным пристрастием к правде. Он всегда был до педантизма аккуратен. Так что если он говорит, что надеется вскоре встретиться с моей матерью, и что ему нечего стыдиться того, что находится в темной комнате, можете быть уверены, что так оно и есть. - Тогда что же там может быть? - воскликнул я. - Мы с мамой так и не смогли догадаться. Мы выполнили все пожелания, которые он высказал в письме, - наложили печать на ту дверь, и она осталась там до сих пор. Со времени исчезновения отца мама прожила пять лет, хотя врачи не раз говорили, что она долго не протянет. У нее была тяжелая болезнь сердца. За первые два месяца после отъезда отца мама получила от него два письма. На обоих был парижский штемпель но обратный адрес отсутствовал. Письма были довольно лаконичны и посвящены одной теме - он писал, что они с матерью скоро воссоединятся, так что ей нет необходимости тревожиться. Затем воцарилось молчание, продолжавшееся до ее смерти. Когда это случилось, я получил от него письмо, однако оно настолько личного характера, что я не могу вам его показать. Он заклинает меня не думать о нем плохо, дает много хороших советов и говорит, что держать запертой темную комнату сейчас уже не так важно, как при жизни моей матери, но вскрытие ее все еще может причинить боль некоторым людям; по его мнению, лучше всего отложить это до того дня, когда мне исполнится двадцать один год - ведь по прошествии времени все это будет восприниматься не так остро.