— Думаю, дело не в милосердии, — вымолвила Эвис. — С мятежниками, а тем более с рабами мать никогда не церемонилась. Тут что-то другое. Мне неизвестны мотивы ее поступка. Либо это политика, либо деньги. Если интересет, побеседуй с графиней. Вдруг она посвятит тебя в свои планы.

— Сомневаюсь, — улыбнулся плайдец. — Торнвил очень похожа на моего отца. Скрытна, тщеславна, властолюбива.

— А ты не очень хорошего мнения о моей матери, — с иронией в голосе заметила аланка.

— Я лишь констатирую факт, — пожал плечами Видог. — Зачем лгать и притворяться. Ты ведь и сама все это знаешь. Я не слепой. Ваши отношения с Октавией далеки от идеальных. Графиня не очень рада тому обстоятельству, что мы летим вместе с ней во Фланкию.

— Ты наблюдателен, — девушка откинулась на спинку кресла.

— За долгие годы жизни во дворце я многому научился, — сказал Дейл. — Красивые, пафосные речи почти ничего не значат, особенно если их поизносят в присутствии подданных. Гораздо больше говорят глаза. Можно контролировать мимику, эмоции, но взгляд тебя обязательно выдаст.

— Твоя проницательность меня пугает. Ты опасный человек, — Эвис попыталась перевести диалог в шутливый тон.Похоже, она недооценила мужа. Плайдец не так прост, как кажется поначалу. Его положение при Берде Видоге было незавидным. С одной стороны Дейл прямой наследник трона, с другой, юноша в том возрасте, когда задумываются о самостоятельности. И почему бы при удачном раскладе не сместить отца с престола? Подобных прецедентов в истории достаточно. Наверняка это понимал и герцог, а потому контролировал каждый шаг сына. Отсюда вывод: чтобы не дать мужу поводов подозревать ее в измене, аланка должна действовать максимально осторожно.

— Ничуть, — плайдец спокойно отреагировал на реплику жены. — Внешне мы похожи с отцом, по характеры у нас разные. Я не злопамятен и умею прощать. Ну, а что касается проницательности, то в данной области мои успехи невелики. Ошибаюсь часто.