— Спасибо, замечательно, — ответил Адам. Судя по искренней открытости улыбки молодого человека, пересуды общества по поводу бегства его супруги никак не портили ему настроение. — Вы впервые в Монтане?

— Да, — ответила уже взявшая себя в руки Флора. Казалось, Адам не осознавал, какое сильное впечатление производит на женщин его красота. — Монтана напоминает мне степную Маньчжурию. Простор, много неба, величавая рамка далеких гор.

Пока она говорила, Адам глазом знатока спокойно оценивал дочь лорда Халдейна. Недурна, воистину недурна. Копна золотисто-каштановых волос, темные, магнетически притягивающие громадные глаза, смугловатая нежная чистая кожа — похоже, девушка привыкла проводить много времени на открытом воздухе. Всем было известно, что лорд Халдейн на протяжении последних месяцев не раз посещал лагеря абсароков, местных индейцев, и подолгу там жил, и Адам краем уха слышал, что прежде в большинстве подобного рода путешествий дочь сопровождала отца.

— Очень верное сравнение, — сказал Адам. — К тому же, как и в азиатских степях, у нас здесь тоже лошадиный край. Случалось ли вам быть на берегу Байкала?

— А вы там бывали? — с живым интересом осведомилась Флора. Неожиданный поворот разговора покончил с ее досадной скованностью.

— Много лет назад.

— Когда именно?

Он на мгновение-другое задумался.

— Сразу после окончания университета — выходит, в 1859 году.

— О нет!

— Как? Вы тоже были там в пятьдесят девятом? А точнее? — Его несколько заинтриговало волнение, которое легко прочитывалось в ее глазах.

— В июне.

— Наш лагерь был на западном берегу, возле Крестовки. Только не говорите, что вы были как раз в этом поселке — и мы разминулись!

— Мы с отцом находились в нескольких милях от вас — в Листвянке.

Молодые люди улыбнулись друг другу как старые друзья, которые встретились после долгой разлуки.