Угловатая коробка челнока неслась к планете на всех шести плазменных двигателях. С каждой секундой гигантские очертания корабля уменьшались, поглощаемые бархатной темнотой. А в фиолетовом свете звезды проступал серый диск планеты.

— Даю минутную готовность, — зашипел в наушниках голос Эша. Контроль прекращаю, двигайтесь самостоятельно. Вы входите в атмосферу.

— О'кей, — привычно откликнулся Даллас и пробежал пальцами по клавиатуре.

Экран вспыхнул, выписывая траекторию движения шлюпки.

— Десять секунд до входа в атмосферу. — Ламберт была на удивление собрана. — Полная готовность!

— Интересный шарик, — Рипли задумчиво глядела на экран, атмосфера как кисель.

— Боюсь, что этот кисель — черничный, — язвительно подметил Паркер.

— Почему черничный? Судя по анализу проницаемости, скорее… Бретт, не поняв, собрался прочесть лекцию по оптике и метеорологии.

Но Паркер, не обратив на него внимания, продолжил:

— Ну вот я и боюсь, что после посадки у нас у всех будет приличный запор.

— Ребята, вошли в атмосферу.

Из боковой стенки приборного щита выполз планетарный штурвал.

— Беру управление на себя.

Челнок начало трясти, как в лихорадке.

— Вот черт! — Паркер вцепился в подлокотники. — Ненавижу перегрузки!

— Как у вас дела? — спросил Эш.

Он был спокоен и, склонившись над экраном, наблюдал за мерцающей точкой, погружающейся в темноту плотной атмосферы планеты.

— Пока жить можно, — Даллас криво улыбнулся. — Даю коррекцию. Выходим в соседний квадрат к предполагаемому источнику сигнала.

— Мы движемся по очень странной траектории. До контакта с поверхностью тридцать шесть секунд. Все нормально, отрапортовала Рипли.

Челнок затрясло с невероятной силой, как будто корабль старался выбросить людей, находившихся в нем, чтобы облегчить свое падение. Казалось, что он дышит, как впавший в агонию зверь. Листы обшивки вибрировали, приборы и щиты управления бились в истерике, дергаясь из стороны в сторону и грозя вот-вот рассыпаться. Перегрузка наваливалась и душила, терзая экипаж, выворачивая наизнанку внутренности. Планета явно не была рада непрошенным гостям.