— Зачем все так усложнять? — перебил Чернова Можайский. — Вы можете затребовать в секретной части перечень совершенно секретных и особой важности документов и список лиц, имевшим к ним доступ. В любом случае подобные документы хранятся в отдельных папках и опечатываются ответственными лицами-исполнителями. Я больше чем уверен, что, кроме командира, ее никто не смотрел, во всяком случае, официально.

— Тогда получается, что, кроме Шкилева, никто другой не мог допустить утечку информации, — попытался возразить Чернов.

— В том-то и дело, что именно он и допустил утечку информации, но наша задача, а точнее — теперь ваша — выяснить, как информация о тематике диссертации попала к спецслужбам вероятного противника. Начните с автора. Я жду ваших докладов ежедневно к семнадцати часам. Идите работать, — закончил Иващенко.

Когда они остались одни, Иващенко заметил Можайскому:

— А рациональное зерно в предложении капитана все-таки есть. В "секретку" нужно послать нашего человека. Я согласен, что выяснить круг лиц, осведомленных в деталях диссертации, мы не сможем, но, по крайней мере, определимся, когда началась работа над ней и как часто она пополнялась новыми материалами. Это нам даст возможность приблизительно определить период времени возможной утечки информации. Короче, поставьте задачу своему источнику из режимно-секретного отдела, пусть посмотрит в вертолетном полку порядок хранения совершенно секретных документов и обратит внимание на то, когда поставлена на учет диссертация, сколько раз ее брали, когда сдавали, сколько раз пополняли, короче, все, что можно узнать по карточке-заместителю. Желательно, чтобы он сделал это как можно быстрее. Сами понимаете, времени на раскачку у нас нет.