По тому, как девушка все это рассказывала, было видно, что она говорит правду.

"Видимо, - думал я, - Гаврилова убили старые компаньоны. Простыня явно краденая. Отсюда и надо исходить".

На следующий день мы проверили все заявления о домовых кражах. Среди них было заявление артистки оперетты Александры Фаворитовой, у которой до убийства Гаврилова похитили много домашних вещей. Когда Фаворитовой предъявили простыню, она сразу ее опознала.

- Моя, моя! У меня целую дюжину таких украли.

- При каких обстоятельствах вас обокрали?

- Я в театре была, а прислуга ушла в гости. Вернулась я из театра, замок взломан, дверь открыта, все шкафы перерыты.

- Какие вещи у вас украли?

Фаворитова подробно перечислила. Мы записали отличительные признаки ее вещей и дали задание агентам угрозыска следить на рынках и толкучках - не будут ли продавать эти вещи.

На третий день на Сухаревском рынке была задержана женщина, продававшая с рук шесть простынь с такими же инициалами. Женщину доставили в угрозыск.

- Откуда у вас эти простыни?

Немолодая уже, грузная женщина, со следами пьянства на опухшем лице, ответила сиплым голосом, воровато бегая глазами:

- Сама их купила у мужчины на Зацепе.

- Для чего же вы их купили?

- Известно для чего, для продажи.

- Сколько за них платили?

- По два рубля за штуку.

- Цену хорошо помните?

- Как не помнить, когда свои деньги платила.

Мы решили проверить ее показания.

- Человек, который продал вам простыни, уже найден, - сказал я.