Вот уж такие песни-пляски я ненавижу.

— Хотят ли они быть… ээээ… прослушанными?

— Они гости моего брата, Клода.

Я не знала, что у Клодин есть брат. Я многого не знаю об эльфах, ведь Клодин — единственная, кого я встречала. Если она была типичным представителем, я не понимаю, как их раса вообще выжила. Во всяком случае, никогда бы не подумала, что на севере Луизианы все будут так гостеприимны и дружелюбны к созданиям с такими убеждениями, как у эльфов. Эта часть штата очень дикая, очень религиозная. Мой родной городок Бон Темпс («хорошие времена» — фр.) едва смог вместить собственный Уолмарт и не видел ни одного вампира целых два года после того, как они объявили о своем существовании и намерении жить мирно среди нас. Возможно, хорошо, что был такой перерыв, потому что местные смогли привыкнуть к этой мысли к тому времени, как здесь появился Билл.

Но у меня было такое ощущение, что эти политкорректность и терпение к вампам исчезнут, стоит местным узнать об оборотнях, перевёртышах и эльфах. И Бог знает, о ком ещё.

— О’кей, Клодин, когда? — с шумного столика орали «Тронутая Сьюки, тронутая Сьюки!». Такое случалось только тогда, когда люди напивались. Я привыкла, хотя всё равно было неприятно.

— Во сколько ты сегодня заканчиваешь?

Мы договорились, что Клодин заберёт меня из дома через пятнадцать минут, после того, как я закончу работу. Она ушла, не допив пива. И не оставив чаевых.

Мой босс, Сэм Мерлотт, кивнул головой в сторону двери, в которую она только что вышла.

— Что было нужно этой эльфийке?

Сэм — перевёртыш.

— У неё есть для меня работа.

— Где?

— Там, где она живёт, полагаю. У неё есть брат, ты знал?

— Хочешь, пойду с тобой? — Сэм мне друг, такой тип друга, о котором иногда возникают фантазии. Неприличные.

— Спасибо, думаю, я смогу справиться с Клодин.

— Ты же ещё не видела её брата.