Элрой был бы счастлив, если бы они остались у него на несколько дней. Плуг подождет. Чапмен заплатил за его хранение, а также за быков. Элрой может забрать их, когда ему вздумается. Но доктор заявил, что они уезжают сегодня утром. На рассвете он ушел охотиться, сказав, что принесет дичь к столу Элроя, и не стал слушать никаких возражений. Да ладно, пусть себе постреляет! Милейший человек этот доктор, такой обходительный! Заметив на шее у Элроя три вертикальные царапины, он дал ему какую-то мазь.

Услышав про царапины, Элрой занервничал. Нет, ему не было стыдно признаться, откуда они у него, но при дамах не говорят про секс и про то, что случилось в лагере. Однако доктор не спросил о происхождении этих царапин, и Элрой промолчал.

Но до чего же волнующей была месть! К тому же теперь Элроя не тревожило близкое соседство с индейцами. Черт, как легко они с ними покончили! И изнасиловали женщин. И чего он раньше их так боялся? Увидев, что маленькая дикарка, оцарапавшая его, не чистокровная индианка, он колебался не более секунды. Ее глаза смотрели на него с такой ненавистью! Но Элрой все равно изнасиловал ее: все эти убийства слишком возбудили его, и он не мог не сделать этого. Он даже не понял, что она умерла раньше, чем все закончилось. Элрой не испытывал ни малейшего раскаяния, но чувствовал смутное раздражение оттого, что никак не мог забыть эти глаза.

Решив, что леди, должно быть, уже встали и оделись, Элрой направился в сарай пригласить их к завтраку. Доктор с Далласом скоро должны были вернуться с охоты. Сорель брился у колодца и, видимо, рассказывал очередную байку Питеру. Элрой опасался, что Питер не задержится у него: он уже говорил, что хочет податься в седьмую конницу — сражаться с индейцами. Фермер надеялся, что он повременит хотя бы до сбора урожая.

В двадцати ярдах от бревенчатого дома Элроя начиналось кукурузное поле. Высокие стебли слегка покачивались. Если бы Элрой по пути к сараю заметил это, то решил бы, что в поле прячется зверь, ибо стоял полный штиль. Но он не заметил этого, занятый своими мыслями. Как только уедет семейство Хортс, думал он, придется вернуться в Уичито за плугом.